АЛЕКСЕЙ МАМОНТОВ: Теперь при малейшем чихе возникает угроза остановки экономики

Президент Московской международной валютной ассоциации дал свои прогнозы относительно курса рубля осенью, рассказал, чего стоит ожидать от очередной встречи в рамках ОПЕК+ и как могут повлиять беспорядки в США на мировые валюты.

Интервью

Читайте также
АЛЕКСЕЙ МАМОНТОВ: За последние 5 лет лицензию ЦБ получили максимум 3-4 новых банка

АЛЕКСЕЙ МАМОНТОВ: Угнетение частного сектора по сравнению с государственным только нарастает

К осени курс доллара может приблизиться к отметке в 80 рублей, отмечают аналитики. Мировые валюты оказались под давлением целого ряда факторов, в числе основных – непредсказуемость цен на нефть, пандемия и беспорядки в США. Прогнозы обозреватель Business FM Петербург Максим Морозов обсудил с президентом Московской международной валютной ассоциации Алексеем Мамонтовым.

Максим Морозов: К осени рубль может ослабнуть – что будет оказывать давление?

Алексей Мамонтов: Я удивляюсь скорее тому, что наш регулятор допускает сейчас ослабление курса доллара, даже заявленного порога в 70 рублей за доллар. У нас большие проблемы с бюджетом, и у нас будет очень сильныйдефицит бюджета, у нас будет к осени сильно израсходован Фонд национального благосостояния, у нас предстоят еще большие траты, в том числе по выполнению социальных обязательств.

Максим Морозов: Почему именно осень – не конец года, а осень рассматривается как Рубикон?

Алексей Мамонтов: Во-первых, начнет сказываться нынешняя конъюнктура. Вы видите, у нас, например, экспорт нефти сократился за месяц, по-моему, на 12%. У нас сокращается физический объем поставляемой нефти. И даже при росте цены на нефть, тем не менее, вряд ли демпфируется этот негативный фактор. Я ожидаю сокращения экспортной выручки. Там ведь есть еще момент отложенных контрактов. То есть мы сегодня еще имеем ту экспортную выручку, которая поступала при прежних объемах.

Максим Морозов: 4 июня будет очередная встреча в рамках ОПЕК+, чего стоит ожидать?

Алексей Мамонтов: Вряд ли возможно сказать. Никто не говорил перед предыдущей встречей, которая была драматичной – как вы помните, именно вслед за этой встречей стала обваливаться цена на нефть. Понятно, что интересы во многом противоречат друг другу.

Максим Морозов: Как оцениваете влияние беспорядков в США на курсы валют?

Алексей Мамонтов: Я пока не вижу, чтобы спекулянты, игроки отыгрывали именно эти беспорядки. Они традиционно опираются на статистику, и статистика в основном их интересует о запасах нефти. Запасы нефти достаточные в Соединенных Штатах, поэтому, мне кажется, это чрезмерное внимание к волнениям со стороны, по крайней мере, рынка. Но в долгосрочном плане волнения могут сказаться на некой стратегической стабильности, ведь масса всяких прогнозов звучит. Самые пессимистические из них – по поводу всевозможного распада, рассыпания Штатов. Это, конечно, гипотетика сплошная, фантастика здесь вряд ли имеет место.

Максим Морозов: То есть сейчас два основных рычага давления на курс – это все, что связано с коронавирусом, и цены на нефть?

Алексей Мамонтов: Нет, коронавирус вообще никак не влияет на курс. Давайте говорить прямо, влияет на курс экономическая ситуация. Экономическая ситуация создана – это мое личное мнение – не эпидемией, не коронавирусом, а неадекватными действиями управленческих структур. На мой взгляд, глубина падения, в которую скатывается наша экономика, вполне могла бы не быть такой серьезной, если бы эти решения были адекватны, взвешены, просчитаны, продуманы. У нас любят бороться с перхотью отсечением головы.

Максим Морозов: Что вы здесь имеете в виду? Недостаточная господдержка на фоне пандемии, либо более системные проблемы – огосударствление экономики, заградительные ставки по кредитам и через запятую?

Алексей Мамонтов: На мой взгляд, были избыточные решения по блокированию экономико-хозяйственной жизни в регионах. Сначала эпидемические очаги возникли в крупных городах – это, прежде всего, Москва, Санкт-Петербург, возможно, Подмосковье. Такие крупные субъекты вполне возможно было блокировать именно извне, так, как и делалось когда-то. Прекрасно помню, когда у нас была холерная эпидемия в 70-х годах. Поскольку она возникла на юге, то именно южные, крупные города были блокированы. Таким образом, что действительно ни въехать, ни выехать нельзя было. Сейчас же, во-первых, их никто не блокировал с самого начала. Единственная блокировка была, да и то слабая, для иностранных рейсов. Какие-то проверки были, какая-то обсервация, но в целом все равно просачивание этого вируса извне, из-за горницы происходило. Так, вот, рейсы-то прилетают не в какой-нибудь Качканар, в основном это крупные мегаполисы. Такие мегаполисы достаточно было блокировать и не останавливать экономическую жизнь не только в других регионах, но даже в тех регионах, которые подверглись карантину. Ведь даже в эпидемии холерной 70-х годов не было остановки экономики, внутри регионов продолжалась жизнь. Теперь оказывается – при малейшем чихе возникает угроза остановки экономики! У нас 0,1% инфицированных – вся страна стоит!

Максим Морозов: Алексей Николаевич, все-таки к вопросу о курсе – пессимистичный и оптимистичный сценарий вы какой можете дать по курсу рубля, в обозримой перспективе? Понятно, что горизонт планирования сужен, но к осени, к концу года?

Алексей Мамонтов: Я думаю, что значение 75-80, в какие-то моменты всплески волатильности вполне возможны. Мы можем опять вернуться к той же турбулентности, которая была у нас в марте этого года.

Максим Морозов: А алармистский сценарий, 100 рублей за доллар?

Алексей Мамонтов: Такой сценарий всегда есть, ему просто есть своя цена, этому сценарию. Сколько процентов доля вероятности того, что будет 100? Я думаю, процентов 10 есть.

Источник: businessfm.spb.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.